В дагестанском музее изобразительных искусств им. П. Гамзатовой в 2000 году состоялась выставка одной картины. На огромном полотне большое число горцев и горянок вокруг седобородого Али-Хаджи Акушинского, чей авторитет как одного из духовных лидеров Дагестана в бурные годы Гражданской войны был очень высоким.

Акушинский Али-Хаджи (1847-1930) - общественно-политический деятель и духовный лидер Дагестана, ученый-арабист, дипломат и миротворец. Родился в селении Акуша Даргинского округа (ныне Акушинский район). Отец его Мамма был узденом и работал будуном Акушинской Джума-мечети. После завершения учебы в религиозной школе (мектеб) в с. Акуша Али-Хаджи обучался у известных дагестанских ученых-алимов: Хаджила-Али из Акуша, Абдурахмана ибн Мухаммеда из Какашуры, Ибрагима из Анди, устаза Ильяса из Цудахара.

Учеба у известных алимов различных национальностей Дагестана позволила ему овладеть аварским, арабским и кумыкскими языками, ознакомиться со многими произведениями восточной литературы, основополагающими трудами крупных ученых-теологов. В дальнейшем он занимался изучением канонов ислама, совершенствованием знаний в различных областях науки. Имел множество мюридов в Буйнакском, Даргинском и Кайтаго-Табасаранском округах, население которых относилось к нему с большим уважением.

В 1890 г. по рекомендации устаза Акушинской Джума-мечети Хаджи-Али был назначен его преемником. 43-летний Али-Хаджи, прекрасно знал Коран, его толкования, что послужило признанием его авторитета не только среди духовенства Даргинского округа, но и всего Дагестана и Северного Кавказа. В том же году он впервые совершил Хадж к мусульманским святыням и к своему имени Али добавил Хаджи, получив право носить зеленую чалму.
Али-Хаджи глубоко и всесторонне знал ислам и исламскую культуру, их главные источники - Коран, тафсир, хадисы, шариат.

Он был наиболее признанным знатоком шариата - мусульманского законодательства. Свидетельством тому является массовое обращение к нему религиозных деятелей, простых людей с просьбой сказать свое слово по поводу острых спорных и конфликтных вопросов, которые не могли решить местные религиозные деятели. К нему приезжали люди со всех концов Дагестана за советом.

Он не был религиозным фанатиком, не выступал против светской культуры и науки. Любовь простого народа к шейху была не только как знатоку Корана и шариата, его мудрости и дипломатического таланта, но и к тем принципам социальной справедливости и равенства между народами, которые он отстаивал в своих решениях, в выступлениях и в практической жизни. Однако понимание этих принципов сочетались с традиционными религиозно-крестьянскими представлениями, с четкими идеями политической демократии, усвоенными им в общении с социалистами и большевиками в ходе борьбы за установление народной власти в Дагестане против внутренних и внешних её противников в 1918-1921 годах.

Он резко отрицательно относился к органу Временного правительства в Дагестане, Временному областному Исполнительному Комитету, в который входили представители буржуазии, помещиков, национальной интеллигенции и мусульманского духовенства. Отрицательно отнесся он и к мятежу Гоцинского, стремящемуся к захвату власти и сохранению прежних устоев.
К представителям Советской власти вплоть до конца 1926 г. он относился позитивно и поддерживал их, веря, что они не только будут отстаивать демократию и равенство народов, но и свободу религии, религиозной деятельности. Шейх заручился твердыми обещаниями, что они не будут вмешиваться в религиозные дела, и очень щепетильно следил за их действиями в этом вопросе.

В активную общественно-политическую жизнь Дагестана Али-Хаджи Акушинский включился после Февральской революции 1917 г. Поддерживая Февральскую и Октябрьскую революции, свержение царя и царизма, он верил в торжество идеалов демократии, свободы и равенства людей, прекращения преследования инакомыслия, сохранения и упрочения устоев мусульманского духовенства, особенно законов шариата, ибо в тех конкретных исторических условиях общественные процессы в Дагестане решались исключительно с позиции шариата.

Дагестанские социалисты и руководители республики разъясняли цели и задачи Октябрьской революции, Советской власти. Он их принимал как посланников Аллаха, шариата, как выразителей интересов беднейших слоев населения Дагестана. С уважением относился к новому строю, поддерживающего морально и материально бедноту и обездоленных, к просвещению, строительству школ, больниц, кооперативов, но резко отрицательно относился к большевистской идеологии за то, что она отрицала ислам, религию, не любил людей, которые не молились, в т.ч. и турецких солдат и офицеров дислоцированных в Дагестане и не соблюдавших религиозные обряды.

В январе 1918 г. на 3-м Вседагестанском съезде представителей Али-Хаджи Акушинский был избран шейх-уль-исламом Дагестана. Он был сторонником разрешения всех конфликтных ситуаций без кровопролития. Предотвратил ряд репрессий, самосудов, мести, в т.ч. над 30 турецкими солдатами и офицерами, которые были доставлены в с. Леваши в марте 1920 г. для расправы за убийство 5 марта 1920 г. председателя Совета Обороны Дагестана и Северного Кавказа Солтан-Саида Казбекова.

В мае 1918 г. Али-Хаджи Акушинский вел переговоры с Н. Гоцинским и Узун-Хаджи Салтинским с целью недопущения столкновения в Даргинском округе во время наступления их отрядов на Темир-Хан-Шуру. Однако эти переговоры не увенчались успехом. Он не занял враждебную позицию по отношению к руководителям революционной борьбы трудящихся за народную власть, поддержал социалистов и большевиков против деникинской оккупации Дагестана и вместе с сыновьями участвовал в событиях в Леваши. Младший его сын возглавил один из конных партизанских отрядов.

В письме к командующему частей Добровольческой армии А.И. Деникину он писал: "Дагестанский народ не приглашал части Добровольческой армии на свою территорию. Он не давал им повода к вторжению и к агрессивным действиям. Дагестанский народ не находит никакого объяснения к насилию его воли и священного для него шариата частями Добровольческой армии. Дагестан, состоящий из трудовых элементов - рабочих и земледельцев, тяготеющих экономически к России, не открывал фронта против Российской государственности. После светлых дней революции он прилагал все усилия к тому, чтобы выработать режим, соответствующий интересам своего трудового народа…
Дагестанский народ не признает права за Добровольческой армией навязывать Дагестану свою волю в вопросе о форме общегосударственного управления… Дагестан признает полное право управлять собой и своими делами, согласно своему быту и священному шариату впредь до установления общегосударственной формы управления в России".
Далее в письме Али-Хаджи Акушинский в ультимативной форме потребовал от А.И. Деникина очистить Дагестан от частей Добровольческой армии.

В июне 1919 г. началась подготовка антиденикинского восстания в Дагестане. Инициатива в этом принадлежала Али-Хаджи Акушинскому. В центре Даргинского округа в с. Леваши находился штаб по руководству восстанием. В штабе наряду с представителями большевиков работали представители мусульманского духовенства, в их числе и Али-Хаджи Акушинский.

Али-Хаджи Акушинский питал глубокое уважение к плеяде дагестанских революционеров, в т.ч. и большевикам, хотя их идеи не всегда разделял. На этапе борьбы дагестанского народа против внутренних и внешних врагов противоречия между ним и большевиками не всегда проявлялись остро. Али-Хаджи Акушинский питал особую симпатию и любовь к Махачу Дахадаеву и тяжело перенес его гибель.

Высокую оценку деятельности Али-Хаджи Акушинского давали и дагестанские революционеры. Алибек Тахо-Годи: "Али-Хаджи Акушинский один из популярных в горах шейхов, наиболее почитаемый за свою седину, смирение и ученость, в лице которого, по словам горцев, светился "нур" (свет)".

Нажмутдин Самурский: "В нем счастливо сочетались качества восточного дипломата с признаками высокообразованного и умного от природы человека… Как хитрый дипломат и умный политик Али-Хаджи Акушинский проявлял некоторые нюансы в своей политической платформе, в зависимости от общего положения в стране".

Али-Хаджи Акушинский обладал огромным авторитетом среди дагестанцев, с ним советовались, переписывалась многочисленная аудитория. Будучи патриотом, дипломатом, ученым и миротворцем, он стремился сохранить мир и дружбу всех народов Дагестана.
Основной целью своей политической платформы Али-Хаджи Акушинский ставил сохранение религиозных основ общежития горцев на базе общности "единоверной, неделимой мусульманской нации". Религиозная доктрина его мировоззрения превалировала над идеей социально-освободительной борьбы. Во имя претворения этой доктрины в жизнь, он готов был сотрудничать с различными общественно-политическими силами при условии - прекращении кровопролитной войны и сохранении устоев шариата для горцев.

Правитель Дагестана и ставленник А.И. Деникина генерал-майор Минкаил Халилов обвинил Али-Хаджи Акушинского в отходе его от ислама и шариата и лишил его звания шейх-уль-ислама, когда тот стал сотрудничать с большевиками в борьбе против Добровольческой армии Деникина.

После окончательного установления Советской власти в Дагестане, особенно после 1927 г., отношение Али-Хаджи Акушинского к новой власти изменилось. Преобразования первых лет Советской власти, притеснение религиозных деятелей, разрушение культовых сооружений, в т.ч. мечетей в период т.н. "антирелигиозной пятилетки" (1928-32), массовое строительство светских школ, переход с арабской графики на латинскую, потом на кириллицу, запретительные меры в отношении религии, ликвидация шариатских судов серьезно подорвали устои религии и авторитет религиозных деятелей. Все это было большим ударом по идеалам и Али-Хаджи Акушинского, уверовавшего в свои неограниченные возможности, в магическую силу слова. Осознать все это и перестроиться он не был в состоянии. Оставался единственный путь - оппозиция к Советской власти, отрицание социалистических преобразований.

Комиссия Рабоче-крестьянской Инспекции, обследовавшая социальное и духовное положение с. Акуша в 1926 г., отмечала враждебное отношение Али-Хаджи Акушинского, членов его семьи, духовенства села к Советской власти, бойкотировавшие выборы сельского Совета в 1925 г., выбросившие школьные парты в реку, предназначенные для организации советской школы в с. Акуша, требовавшие создания религиозных школ и соблюдения законов шариата. При этом Али-Хаджи Акушинский ссылался на то, что "в годы гражданской войны он помогал большевикам устанавливать Советскую власть в Дагестане взамен установления порядков по шариату, и после установления Советской власти, забыли про него и стали относиться враждебно".

Учитывая заслуги Али-Хаджи Акушинского в период революции и гражданской войны, Советская власть относилась к нему очень деликатно. Рядом с домом Али-Хаджи располагалась религиозная школа (медресе), где обучались 220 детей от 7 до 13 лет, из них 80 девочек. От базара до дома Али-Хаджи решением сельсовета была выложена дорога речным камнем. В 1928-1929 гг. ввиду его болезненного состояния к нему был прикреплен врач. В эти годы он два раза лечился на Каякентских источниках.

После установления Советской власти в Дагестане духовенство было лишено избирательных прав, ликвидированы шариатские суды, разрушались религиозные памятники, уничтожалась религиозная, и вся арабо-язычная литература, начались аресты религиозных деятелей. В декабре 1928 г. с провокации ОГПУ Северного Кавказа и его Даготделения было заведено уголовное дело № 06599 "О контрреволюционной деятельности группы лиц (66 человек), возглавляемой Али-Хаджи Акушинским и его сыном Магомедом. Все они были арестованы. 29 человек без суда и следствия были расстреляны, остальные сосланы на каторгу и в ссылку.

Магомеду, благодаря вмешательству бывшего начальника Дагестанского отделения ОГПУ и зам. председателя Совнаркома К.Г. Мамедбекова по просьбе Али-Хаджи Акушинского, смертный приговор был заменен 10 годами каторги. После отбытия наказания Магомед вернулся в Киргизию, куда была выслана вся семья Али-Хаджи Акушинского, работал плотником и умер в 1967 г.

Пострадали и остальные дети. Хасбула, после отбытия наказания добровольно ушел на фронт, был ранен, вернулся и вскоре скончался от полученных ран. Ильяс, отбыв наказание, также вернулся в Киргизию и проживал там же. Самый старший сын Абдулла умер еще в 1919 г., ведя переговоры в Азербайджане и Грузии о поставке оружия в Дагестан.
Ввиду преклонного возраста (к тому времени ему шел 81-й год) Али-Хаджи не был арестован и умер 8 апреля 1930 года, вскоре после ареста детей.

Арест членов семьи Али-Хаджи Акушинского и других известных духовных лидеров селений Акуша, Хаджал-Махи, Усиша, Умитерк-Махи, Бутри, Параул, Муги вызвал резкий протест общественных деятелей всего Даргинского округа, в т.ч. и председателя окружного исполкома Османа Османова, где в числе арестованных находились его родственники. Несмотря на арест членов семьи, родственников, Али-Хаджи Акушинский не ополчился на Советскую власть. Когда его спросили, почему он не заявляет протест, он сказал, что "Советская власть совершает большую ошибку, арестовав моих детей и родственников, она одумается, сама скоро приведет ко мне моих детей и извинится". К сожалению, после его смерти даже проститься с отцом не допустили детей шейха.

На основании заключения следственного отдела КГБ ДАССР от 7 июня 1989 г., протеста Прокуратуры ДАССР от 27 июля 1989 г. отменены все постановления коллегии ОГПУ, вынесенные в отношении семьи Али-Хаджи Акушинского, в т.ч. 58 лицам, и дело прекращено за отсутствием события преступления. Через 60 лет Али-Хаджи Акушинский и его семья полностью реабилитированы.

Его имя присвоено одному из главных проспектов Махачкалы, открыт Исламский университет его имени. Построена мечеть в Махачкале и в селении Акуша. Издана книга "Али-Хаджи Акушинский шейх-уль-ислам Дагестана, патриот и миротворец". В селении Акуша восстановлен дом Али-Хаджи Акушинского, открыт в нем музей, приведена в порядок могила шейха, проложена дорога к дому.

Али-Хаджи Акушинский останется в памяти дагестанских народов как один из видных религиозных и общественно-политических деятелей, миротворцев. Он находился в гуще событий того времени, выступал как духовный вождь народов с прогрессивными и миротворческими идеями, был противником гражданской войны, присутствия иностранных войск в Дагестане. А. Акушинский останется в памяти дагестанского народа как мыслитель, дипломат, миротворец и общественный деятель. Его жизнь и деятельность - образец беззаветного служения своему народу.