Кайтаг фактически оказался поделенным на две части, правители которых враждовали между собой. Шаху удалось установить над Нижним Кайтагом власть своего ставленника Амирхан-Султана, который заявлял, что он будет поступать так, «как шах укажет ему». Если указать и на то, что шамхал Сурхай также считал себя холопом «великого государя» и «шаха Аббасов», можно отметить значительность успехов политики Аббаса II по распространению и упрочению влияния в Дагестане.

Поскольку Рустам-хану оказывал политическую поддержку эндирейский правитель Казаналп, в 1645 году Аббас II приказал Арап-хану, который прибыл на помощь Амирхан-Султану, «ондиреевцев побить». Казаналп, понимая серьезность создавшегося положения, добился разрешения терских властей переселиться со своими людьми поближе к Терскому городку, «возле Борагун, по речке Акташу».

Угрозу потери своей независимости от действий шаха Ирана чувствовали и другие феодальные владетели Дагестана. Они, как и Казаналп эндирейский, поспешили заручиться поддержкой и покровительством России на случай нападения на них шахских войск. Это была своего рода форма их борьбы против агрессивных устремлений иранского правителя.

За ноябрь-декабрь 1645 года на верность России присягнули аварский нуцал, владетели Кафиркумуха, Буйнака и даже ставленник шаха Сурхай тарковский. Все это заставило шаха Аббаса II вывести свои войска из Кайтага.

Однако кумыки все еще оставались под его властью, и он требовал от Сурхая признания зависимости только от шаха, а не от царя и шаха. По сообщению Шемахинского Хосров-хана, в 1640-1650 годах из Дербента посылались шахские войска «на горских кумыцких князей землю войною», чтобы они «учинили их шахову величеству послушных лиц».

Шах Аббас II, как и его предшественники, использовал в своих политических целях и невоенные методы, в частности одаривание феодальных владетелей ценными подарками, землями и т.д. Шамхалу Сурхаю он выдавал годовое жалованье, обещая одарить его «кизылбашской земле оброчными деревнями», выдавал денежные вознаграждения сыновьям шамхала, аварским правителям. Правителю Халил-беку шах пожаловал Цахурское владение в тиуль с правом взыскания налогов в свою пользу. Естественно, все это способствовало усилению его влияния на дагестанских владетелей.

Эти успехи сделали Аббаса II настойчивым в проведении политики Ирана на Северном Кавказе. В этом большую роль сыграло и взятие его войсками Кандагара в 1649 году, отторгнутого от Ирана Великим Моголом шахом Джеханом в год вступления Аббаса II на престол.

Для утверждения своего господства на Северном Кавказе и вытеснения русских из этого региона Аббас II в 1652 году организовал поход своих войск под Сунженский городок. Возглавлял его шемахинский Хосров-хан. К иранцам примкнули 500 человек из Шемахи, 300 человек из Дербента с двумя пушками, отряды уцмия Кайтага
Амирхан-Султана, улусы ногаев Чебан-мурзы и Шатемир-мурзы.

Участие в походе на Сунженский городок дербентского султана можно считать вполне закономерным, поскольку он был ставленником шаха и выполнял его волю. Амирхан-Султан с помощью шахских войск стал уцмием в Нижнем Кайтаге и нуждался в поддержке шаха. Поэтому по приказу шаха он принял участие в походе.

Шамхал Тарковский Сурхай также во многом был обязан шаху своим приходом к власти. Поэтому он и примкнул к шахским войскам, хотя он, как позже писал царю, удар своих отрядов направил не против русских, а против своих старых соперников «барагунцев», мешавших сношениям его людей с Кабардой.

Казаналп эндирейский вынужден был примкнуть к отрядам шахских войск, поскольку он не мог противостоять им в одиночку. Он также не питал антироссийских настроений, направил удар своего отряда против нуцала Черкасского, угнавшего до этого много его овец, 20 верблюдов и т.д.

Этот поход не дал положительных для шаха Аббаса II результатов, не привел к упрочению его влияния в Притеречье, а лишь обострил политическую ситуацию, встревожив царское правительство, начавшее предпринимать меры по усилению своих позиций на Тереке.